TРУДНОСТИ НОВОГО ВРЕМЕНИ

«читай: чернильница, стакан ли...
...он чернильницу бросает...
протрубит в клаксон и нагонит сон...
Трудно жить, говорят, но труднее траву косить...
иначе-деталь уместная в пейзаже что твой циклоп...
Это новое время-разбрасывать камни, стирать носки...
будут доски скользки а доки как прежде узки...
Тривиальность большe эстетики, этики и т.п....»
Юлия Кунина

Трудно жить, говорят, но труднее стихи писать.
Вдохновенье нейдёт--впору кол на башке тeсать,
Той, где разум молчит, только свищет гиперборей,
Той, где бред превращается в ямб (читай: в хорей),

Той, где кровь ли, моча ли стучит, как циклоп, в виски...
Да, стихи писать--это не штопать носки.
На Парнас, как всегда, тропки скользки и очень узки.
В ожиданьи--читателя, или Пегаса--умрёшь с тоски.

Даже если в клаксон протрубишь ты, никто не прийдёт всё равно.
Хоть бросайся чернильницей или бросайся в окно!
Не стихи-тривиальности больше в них, чем красоты--
Углубленье от задницы только оставишь на память ты.


ПО НАПРАВЛЕНЬЮ К ЛЕТЕ

«В предместьях холодно и волгло,
Последний трэйн стучит, спеша...
Услышав голос тихий и глухой,
остановлюсь с протянутой рукой...
гляжу в незамерзающие лужи,
гордясь лишь мне заметной красотой..»
Андрей Грицман

В предместьях холодно и вельми волгло.
Последний плэйн куда-то вдаль летит.
Ворочаюсь, не засыпаю долго,
Хотя душа уже который год как спит.

В ней голос Музы, тихий и глухой,
Давно не пробуждает уж ответа.
Хоть на коленях стой с протянутой рукой,
Хоть снег глотай--всё вдохновенья нету.

Но говорю себе: могло бы быть и хуже.
Пусть не таланлив--но зато красавец я!
Недаром я заглядываюсь в лужи,
По направленью к Лете проходя.


СЕМЕЙНАЯ ТРАГЕДИЯ

«Не таракан, не тля...
И хлеба, и вина
дал стол тебе немало.
Зачем твоя жена
все стулья поломала?...»
Софрон Осипов

Теперь-то понял я,
Софроша, что с тобою:
Шарше ле фам! Твоя
жена всему виною.

И водки, и вина
ты ей принёс немало...
Всё выпила она--
и стулья поломала!

Теперь ни сесть, ни встать,
хоть уходи из дома,
где сломана кровать,
где как после поргома...

Уж лучше б эта тля,
что пьёт и палитуру,
твои стихи сожгла
заместо гарнитура!


В ГРЕЧЕСКОМ ЗАЛЕ

«Точками (да здравствует Сера!)...
Время чётки мне перебирать,
Зря прекраснозадость Каллипиги...
Гонят, как Овидия-опала...»
Леонид Буланов

Я попал (Праксителю--ура!)
В зал скульптурный №ского музея,
И застыл, как пред воротами баран,
На красу античную глазея.

Терпсихоры ножка мне мила,
И прекраснозадость Каллипиги,
Да и Мойр могучие тела
(Жалко, прикрывают их туники)...

Я бы там до ночи проторчал
И в прямом, и в переносном смысле,
Но жена ревнивая прочла
И, не так истолковавши мои мысли

И невинного в измене обвиня,
Из музея вон меня погнала...
И теперь перебираю чётки я,
Как Овидий сидючи в опале.


НАКАЗАНИЕ ГОСПОДНЕЕ

«Корнель. Отель. Савонаролы...
Несовершенные глаголы,
Чернильный мрак безличных форм...
Аэроплан несло в туман,
Но стюардесса улыбалась...»
Борис Кушнер

С женой и с тёщей я не ладил,
Писал бездарные стихи...
И вот Господнее проклятье
Меня постигло за грехи.

Зачем я рифмовал глаголы?
Зачем я мудрому не внял
Пророчеству Савонаролы:
«Грешно, чтоб человек--летал»?

Зачем машиной не поехал?
Зачем я вылетел в метель?
Теперь мне, право, не до смеха.
Трагедия, что твой Корнель.

Недаром скалится злорадно
Садюга подлый--капитан.
Я знаю, он ведь специально
Ведёт наш самолёт в туман...

Но я держусь, держусь упорно...
Вот и огни... Я прилетел....
Лишь жалко: всё же до уборной
Я удержаться не сумел.


ГОЛОДНЫЕ ГАЛЛЮЦИНАЦИИ

«Вечер вздыбил позднего солнца
Развалившийся апельсин...
В плошке дня взбивает солнца желток...»
Сергей Шабалин

«Должен талант голодать»--
В этом правда жестокая есть.
Перед тем, как стихи писать,
Я стараюсь подольше не есть.

Истекая голодной слюной,
Я на мир-гастроном гляжу:
Аппетитный желток золотой
Солнце льёт на деревьев спаржу;

Город, снегом покрытый, стал
Как солёного сала кусок...
Ах, как здорово я бы писал,
Если б дольше поститься мог!


НАВЯЗЧИВЫЕ МЫСЛИ

«поезд мечет
яркий бисер огней
для свиней
из провинции тьмы...
полустанков избушек с глазницами даунов...
поезда поезда поезда
при нечёткости речи...
ерунда»
Вадим Певзнер

поезда поезда поезда
при нечёткости мысли
вспоминается слово другое
вот беда
занимаясь игрою
сам с собою
я бросаю горячие
взоры полные страсти
на чувих проходящих
разных типов и мастей...
прилепившись к стеклу низким лбом
и глазницами дауна,
я мечтаю о том,
чтоб одна хоть бы дала бы...
но они-хоть бы хны,
как на бисер свинья из провинции...
нет ли в этом вины
моей мямлящей дикции?..
безда... безда... безда...
всё течёт из меня
ерунда


ВОСПАЛЕНИЕ ФАНТАЗИИ

«А ты представь себе, что одинок,
И наслаждайся этим преставленьем...
Но Травиату пусть напишет Верди.
А ты представь себе, что ты--Господь...
А ты представь себе, что ты--Поэт
И выйди через дверь в открытом поле...
Леонид Буланов

Пусть кавалеры услаждают дам!
Один в своём непризнанном величье
Я ночь с рукою правой не отдам
За вечность с распрекрасной Беатриче.

Пусть я не Лермонтов, не Верди, не Рембрандт,
Я за себя отнюдь не беспокоюсь:
Представлю я себе, что я--Талант,
И ваших Пушкиных заткну себе за пояс.

Ах, скушно жить так много серых лет
В банальнейем, пошлейшем этом мире!
Представлю я себе, что я--Поэт,
И выйду через форточку в сотрире.


ОТСУТСТВИЕ ИММУНИТЕТА

«И что виза моя
на любой широте нелегальна...
Что во мне всё усеял сомненьями
импортный Гамлет,
Зарядил скептицизмом
наш национальный Печорин...»
Инна Богачинская

Я не знаю, куда
нелегалке без визы податься.
Всем заразам подвержена я,
хотя Спида и нету.
И в любую страну
впустить меня страшно боятся,
Потому что страдаю
отсутствием иммунитета.

То принц датский
сомненьями хочет меня отравить,
То Онегин Евгений,
всегда эгоистичен и вздорен,
Хочет русской хандрою
иль сплином меня заразить;
Или скепсисом давит
свой в доску российский Печорин.

То мне руки всё хочется мыть,
словно Леди Макбет,
(Значит, даже в Шотландию
дальнюю путь мне закрыт).
Уже думала в Африку
дикую дёрнуть... опять-таки нет:
Мавританская ревность
Отелло порою мой разум затмит...


ГОЛОДНЫЕ ДЕВЯНОСТЫЕ

«...и летят принцессы без горошины...
...за кость сражается орава...
...дурея от порчей и бейзментов...
Вечером когтистыми наядами...
Выгрызают сердце, печень-взглядами... »
Андрей Грицман

На фиг мне принцессы без горошины?
Что глядите вы голодными глазами?
Красотой моею приворожнены?
Чёрта с два! Удовлетворяйтесь сами!

Одурев от Зомби и Скрюдрайвера,
Не настолько пьян, чтоб не заметить:
Ну и когти отрастили, изуверы,
Чтоб печёночки моей, небось, отведать.

И куда же смотрит здесь милиция?
Эти твари съесть меня готовы.
Вот вам кость! Чтоб вам ей подавится!
Пуст стакан... Налейте, бармен, снова!


НА ДНЕ, ИЛИ НЕВЕЗУХА

«Добираться досюда неблизко...
..Я хочу быть бездомным во Фриско...
И сказать непонятное здравствуй...
...Сьесть тарелку бесплатного супа
И, распив с негритянкой вино,
улюбаться счастливо и глупо... »
Леонид Сорока

Добираться досюда опасно,
Но я в Гарлем проделаю путь,
Чтобы, сделавшись бомжем несчастным,
Под забором, напившись, уснуть.

Больно пошлая жизнь надоела.
Да и суп здесь бесплатный дают.
Правда, чёрные здешние белых,
А евреев особенно, бьют.

Но меня-то, надеюсь, не тронут.
Поделюсь, если надо, вином.
Погрузиться мечтаю я в омут,
Чтобы сблизиться с гарлемским «дном».

Им скажу непонятное «здрасьте»,
И «your mama» услышу в ответ...
Но жена не пускает, и баста!
Хоть я глуп, да везения--нет...


ДУ Ю ГОВОРИТЬ ИНГЛИШ?

«...А я был в России болтушкой...
...Великий язык Шекспира...не хочет знаться со мной...
...свои глаголы я выучил словно гимн...
Прости мне, английский, прости мне...»
Александр Шкляринский

В России за пива я кружкой
Родные глаголы зубрил,
И в Штатах я--не потаскушка,
Всё ж русскому не изменил.

И счас бы на ём изъяснялся,
Да вэлфер снимают, друзья.
И вот за английский я взялся.
Иначе--работать нельзя.

Недавно мне ночью приснилось:
С портрета нисходит Шекспир.
Я--бух на колени: Your милость!
Please help me с английским, dear sir!

Но он отвечает, Готов я
С моим языком помогать.
Клянитесь лишь вашим здоровьем
На English стихов не писать!


ПРОЩАНИЕ СО СТРИЖОВЫМ

(пародия на «Прощание с Леонардо» Дмитрия Стрижова)

Стрижов:

(Наливает стакан из бутылки Смирновской, осушает.)
Уже который год, не говоря уж,
О месяце--так много их прошло,
(пытается сосчитать на пальцах, не может)
Пожалуй, даже и не сосчитаешь--
Как на Парнас взобраться я мечтаю.
О Аполлон! О трепетные музы!
Ужели вас совсем не досягают
Мои благочестивые молитвы?

Тёща Стрижова (за сценой):

Опять из вэлфера письмо! Ты слышишь ли, подлец?
Не явишься во вторник--снимут. Всё! Конец!

Стрижов:

(Осушает второй стакан.)
Ах, не понять им трепетной души
Обвенчанного с музами поэта.
Мой дар мне запрещает заниматься
Делами низкими, чтоб хлеб свой добывать.
Сушить ли программированием мне
Мозги, мозоли натерать баранкой--
Воспитаннику муз? (Задумывается.) Да, что же музы?
Пегаса до сих пор не присылают!
Уж не пойти ли мне к ним самому?

Тёща Стрижова (за сценой):

Я объявление нашла: работа есть
Ночного сторожа. Работе всякой--честь!

Стрижов:

(Наливает и осушает очередной стакан.)
Всё, решено. Вскарабкаюсь я сам.
Пегаса--к чёрту и ядрёной маме.
(Взбирается на подоконник, открывает окно.)
Иосиф, я иду! Подвинься, друг Гораций!
Готовьте место для собрата по искусству-у-у-у...


ПОДРАЖАНИЕ ДМИТРИЮ СТРИЖОВУ

Что эта женщина делает здесь? Осторожно!
Или не видит она, как над нею кружится птичка?
Чу: обернулась и вверх посмотрела она.
Поздно, увы: уже справила птичка нужду.
Вряд ли и ангел теперь бедной женщине сможет помочь.
Только химчистка за долларов 10 вывесть сумеет пятно.


ПАРОДИЯ НА ФЕЛИКСА ГУРТА

Мой шурин носит брюки от Версаче,
Намазывает, а не пьёт, одеколон.
На лето шлёт своих детей на дачу,
А в остальное время--в пансион.

Он курит не окурки, а сигары,
И не сивуху хлещет--пьёт вино.
После работы пропадает в баре...
Но мне--поверьте, право--всё равно.

Я не завидую, как Моцарту Сальери.
Пускай живёт. Чего там. Так и быть...
Ведь наградил его Господь по высшей мере,
Сестрёнку угораздив полюбить.


СМЕНА ЖАНРА

«...Болтвецки болтались болты...
...Какого-то нового Грина
Осенний написан том.
...Ловите мой ноющий голос
В блестящем потоке монет.
...Закрой на сапожную щётку...»
Давид Шраер-Петров

Готов к беспощадному бою,
Я дверь на щеколду запру.
Всегда у меня от запоя
Трещит голова поутру.

Потолще роман я стараюсь
Создать, будто новый Толстой.
Балдецки балдея, копаюсь
В башке, безнадёжно пустой.

Пора мне за прозу приняться.
Какой от стихов-то навар?
Пускай мне, как Тополю, братцы,
Солидный дадут гонорар.

Я стану богатым, как Сорос,
Надену нарядный жилет.
...А музы занудливый голос
Потонет в потоке монет.


БЫТЬ ЕВТУШЕНКО

«...пришла миледи де Винтер...
Декабрь--погода с солнцем в март!
...твоих чудесных сигарет...
Что в ней любовь? Что адюльтер?»
Аркадий Гурович

Тогда погода в март стояла--
Не у неё одной стоял--
Закусывал я водку салом,
Когда в дверь кто-то постучал.

Она вошла, как к д'Артаньяну
Констанция иль де Винтер.
«Смазлива...--я заметил спьяну,--
Ужель возможен адюльтер?»

«Простите, Вы--не Евтушенко?
Я--Муза!»--говорит она.
«Подумай, Муза, хорошенько!
Ничем не лучше он меня!

Поэт Гурович я, Аркадий!»
Но Муза мне сказала, «Нет...»
«Тогда, хотя бы, Бога ради,
Оставьте пару сигарет!»


ЗДРАВСТВУЙ, Ж..A, НОВЫЙ ГОД!

«Слова имеют форму мыслей и бытия.
Ты заедаешь тишину своим зевком.
Пространство выплюнуло нас на белый свет
Лишь потому, что ночь прошла, как Дед Мороз.
А нас с тобой его мешок роднил
И связывал, как связывает связь,
В которой всё напоминает цирк,
Искусственную шариков возню.
Теперь мы поседели от зари.
Разучиваем новый балаган--
Скакать глазами наперегонки
И выводить себя из тупика.»
Семён Вендров

Водка имеет форму бутылки и стакана.
Я заедал её одним своим зевком.
Я плохо помню новогоднюю ту ночь.
Я думал, то Снегурочка пришла,
И ущипнул за задницу её.
Однако, оказалось--Дед Мороз!
По морде дал мне этот старый пидорас,
На голову мешок мне натянул,
Связал верёвкою, как связывает связь,
И отодрал меня, как в цирке Арлекина.
Недаром поседел я до зари.


ЗАПИСКИ ИЗ ДУРДОМА НАЧАЛА ВЕКА

«Сдобные отруби, сливочная мука,
в наволочках подушек пудрит мозги пурга&
Каждый--Пушкин.
...
Свод законов природы вносит залив,
стирает с доски. Ёжик седой, гусель златой.
Кумач зеленеет. Квадрига. Коврига. Таврига. ...
Спит перед сессией зимняя тысяча слов.
Лето эстонское ложкой стоит в сметане.»
Марина Тёмкина,
«Дневниковые записи конца века»

Поток сознания. Мания Онания. Ранее--
Газ, плита, и жаркое грибное.
Таки мухоморное, видать. Плевать, твою мать!
Придётся блевать. В свою кровать.
Зато знаю: я--Пушкин.

Ветер выдул сдобные отруби мозгов,
Стерев свод законов рифмовки, размеров.
Вот если б у тебя не спал, как слова перед сессией,
А стоял бы, как лето в сметане--
На худой конец, хотя бы эстонское!


СОСТАВИТЕЛЬНИЦА РЕБУСОВ

Ирине Машинской

По вертикали, горизонтали--красот
Не видно. Но вдохновение есть, и вот,--
Трудов упорных запорный плод,--
Прут стихи, как сквозь задний проход.

Благо с таких, как я, взятки гладки,
Пишу графитти-- стихи-загадки.
Чтобы в них критики долго копали,
Я лишь бессмыслицу в них загадала.


ТЕПЛОВОЙ УДАР

«...Температура плюх.
Горит асфальт. Дымится автострада.
Кругом шустрят живучие китайцы.
...потеют утки и коптятся зайцы.
А в парке (что центральный) тоже сильно жарко.
На кухне капает дотошно...
...............................ни шиша
..............................уже не надо»
Тамила Шонфелд, «А.П.Н.»

Температура явно плюс, никак не минус:
Кругом всё плавится, пылает, и горит.
Холодного пивка бы взять на вынос,
А то уж у меня копчёной утки вид.

На Брайтоне (что Бич) ужасно жарко тоже.
Кругом шустрят живучие евреи.
Потею, словно заяц, я всей кожей,
И в голове роятся странные идеи.

Пойти домой? Ведь там кондицьонер,
Да муж, наверно, пьяный будет лапать,
Или свекруха--сущий Люцифер--
Дотошно на мозги мне станет капать.

Хоть утопись от этой чёртовой жары,
Свекрухи-ведьмы и от мужа-гада...
А может, просто пива выпить?... Гы!
...................и ни шиша уже не надо!


Бутылка Вина

«Её нам распить бы,
И свет погасить бы,
И дверь запереть бы,
И в страсти гореть бы.
И счастливы б были,
Мечту сделав былью.
Но только боюсь я
Один не напьюсь я,
А ты за рулём.
Так что делать вдвоём?»
Владимир Гутковский

С тобой я однажды
Увидеться жаждал,
С любовью безбрежной,
Горячей и нежной...
Пришла ты, и что же?
На монстра похожа!
Но страсть моя--пылка,
К тому же--бутылка...
Хоть твой вид--г...вно--
Будет мне всё равно!


ИЗЯЩНАЯ МУЗА КАПИТАНА ЛЮБВИ

«Где-то солнечный день, весь наполнен тобой...
У меня ворох дел, а вода для питья.
День в работе сгорел, и нет сил для нытья.
...Снова солнечный день, у меня ж--темнота.
Песни слышу сирен, но приходят не та.»
Михаил Нержин, «Снов изящных пастель капитана любви»

Есть поэтык ним муза приходит порой,
Принося вдохновенье. Ко мне ж--ни ногой!
Хоть стараюсь во всю, хоть пашу, словно вол,
Не даются стихиголовой хоть об стол!

Но, как видно, молитва творит чудеса!
Глядьстоит рядом муза. Протёр я глаза...
«Ну, здорово!»сказала--«что тут есть для питья?
У меня ворох дел! Поскорей, без нытья!»

«Как я рад, что пришла ты!»--«Эх ты, темнота!
Ты решил, что я--муза поэзии, да?
Как же ты умудрился меня не узнать?
С рифмоплётства ты музой повстречался опять.»


ЗОВ ЗООЛОГИИ

«Я дружелюбен, как собака,
И безответственнен, как кот.
Рождён по зодиаку раком...
...................................
Я всех смешу, как обезьяна
И раздражаю, как козёл.»
Феликс Гурт

Мне критик, злобный, как собака,
Сказал однажды поутру,
Что мой размер ползёт то раком,
То прыгает, как кенгуру;

Что рифмы, мол, не без изъяна,
Смысл--недоступен, словно ёж,
Или смешон, как обезьяна,--
Куда клоню я--не поймёшь.

Он, кровожадный, как мурена,
Меня хулил и попрекал:
Мой стих противен, как гиена,
Или хотя бы как шакал...

Напал, как на лягушку аист!
Заткнул бы я зануде рот,
Не будь спокоен и покладист
Я, как кастрированный кот.

Сижу, и слушаю и маюсь...
Он--пьёт, пиявка, кровь, как сок...
Как бы хотел я, словно страус,
Засунуть голову в песок!


ПЕТУХ И КАПЛУН

Валерию Нудельману

Однажды жаловался Индюку Каплун
(Известнейший в курятнике ворчун):
«Наш, куманёк, гордец-Петух
Всё мнит, что у него прекрасный слух:
Так распускает хвост, так горло прочищает,
Что весь курятник замирает!
А ведь куда ему до Соловья!
И, кум, ещё заметил я
Что курочкам он всем проходу не даёт.
Не только неважнецки он поёт,
Но и мораль ведь не блюдёт!»
«Ну, он не Соловей,--Индюк ответил,--но
Поёт тебя куда уж лучше всё равно.
Ведь так давно заведено,
Что Пете--петь и множить свой сераль,
А Каплуну--блюсти мораль!»


КОТ-ПАТРИОТ

Валико Никонову

В одном лесу жил Кот. Мышей он не ловил,
А больше пел--ну прямо Кот-Баюн.
Талантом, правда, он не вышел, но был вьюн,
И лес родной его, уж если не любил,
Терпел по крайней мере. И кормил.

И прославлял наш Кот и лес, и всё лесное.
О прошлом леса пел, о настоящем пел,
О светлом будущем... Недаром хлеб он ел
(вернее, сало): ведь своим кошачьим воем
Он славил лес, суля ему благое...

И надо было же такому приключиться,
Что Лев решил, что всякий кот--еврей.
Антисемиты водятся не только у людей...
Кот приуныл: теперь хоть утопиться,
А в политруки леса не пробиться!

Да, я забыл сказать, что был неподалёку
Другой дремучий бор, и вольно там жилось
Животным всем. И Кот решил: авось
Там приживусь! И он отправился в дорогу:
Ведь нет в отечестве доверия пророку!

И в этом-то лесу с тех пор живёт наш Кот.
Сперва мышей ловить пришлось, но Бог помог.
Как подтверждает автор этих строк,
Прародину котов и кошек он поёт,
Сей хитроумный котик-патриот!


СОЛОВЕЙ-ПЕРЕВОДЧИК

Виктору Толкачёву

Язык кукушичий кто плохо понимает,
За соловья порой кукушку принимает...

В одном лесу жил старый соловей.
Он редко уж летал
(И реже выступал);
По большей части он в тени, среди густых ветвей
В своём гнезде отсиживался скромно,
Боясь надолго покидать свой дом. Но
В один прекрасный день решил всё ж отлучиться,
Чтоб (голод ведь не тётка) хоть личинкой поживиться.
Вот, заморивши червячка, наш соловей вернулся,
И видит, что в гнезде его--яйцо!
Тут явно Божье чудо налицо,
Он понял, хоть вначале ужаснулся--
Ведь, как-никак, он всё же был самец.
Однако очень скоро наш певец
Уселся греть яйцо, как та наседка.
Ведь, как уже упоминалось, крайне редко
Он покидал своё гнездо и так.
И вот на следующее утро громкий «крак!»
Послышался, и из яйца птенец
Явился. Очень быстро рос юнец,
И скоро возмужал. Всем был хорош--
Однако же на соловья был вовсе не похож.
На творческий концерт зверей и птиц созвал
Наш соловей, но полный был провал:
Воспитанник его осмеян всеми был!
Тут в старом соловье взыграл бойцовский пыл,
Он заорал, «Ведь он по-иностранному поёт!»
«Что ж, пусть тогда его отец переведёт»,
Решили звери. И божественные трели
Переплели берёзы, липы, ели...
И Филин восхищённо ухнул старику,
«Вот как красиво переводится ку-ку!»


МЕДВЕДЬ-ПАРОДИСТ

Кириллу Дремлюху

Медведь Потапыч был шутник изрядный:
То хвостик выставит, как сам Павлин нарядный,
А то вдруг разберёт его зевота
Точь-в-точь как у папаши Бегемота!

Топтыгин стал в лесу ужасно популярен.
Все говорили: во даёт, однако, парень!
Он спародировал однажды Крокодила,
И даже тот сказал, «как это мило!»

Потапыч даже Льва смешил до смерти!..
И как-то раз на ежемесячном концерте
Он выбрал своей жертвой Обезьяну.
Не упустил Медведь ни одного изъяна,

Всё подчеркнул: и глупость, и спесивость,
Ужимки, наглость, ложную стыдливость...
Но видит Миша к удивленью своему:
Никто в лесу не аплодирует ему.

Медведь сему ужасно удивился
И за советом к Попугаю обратился:
«Коллега, звери с чувством юмора расстались,
Иль может, Человека испугались?

Ведь родственник он Обезьяны, я слыхал!»
«Отнюдь, коллега,»--Попка отвечал,
Хоть передразнивали Вы её здесь час,
Мартышка всё равно смешнее Вас!»

Мораль: хотя смешное есть у всех,
Не всех бери для подражательских потех:
Пародии достойны Тигры, Львы, Слоны...
Но обезьяны--сами по себе смешны!


УДОД-ОРИГИНАЛ

Виктору Урину

Когда певцу невмоготу талантом отличиться,
Чтобы признания добиться, надо изловчиться...

Однажды Лев решил внести в лесной народ культуру,--
А то читают всякую макулатуру,--
И объявить велел, «Кто лучше всех споёт,
Тому сам Лев венок преподнесёт!
Узнает человек теперь:
Не закусью единой жив и зверь.»
Судьёй назначил он Сову, что мудрою слыла,
И, из политкорректности, Осла.
Желающих набилось через край:
В лесу ведь певчих птиц--хоть отбавляй.
И соловьи, и жаворонки, и синицы,
И снегири--ну просто не пробиться...
Скворцы явились; даже приплелась кукушка,
Глухая и осипшая старушка...
Вот конкурс начался; его участники пропели
Свои свистки, кукуканье и трели.
Сова моргала, силясь не заснуть.
Осёл жевал траву, стараясь не зевнуть.
Последним выступил взлохмаченный Удод.
Он громко хрюкнул, широко раззявив рот.
Сова от удивления проснулась
И к своему коллеге обернулась.
«Вот это да!», Ослу она сказала,--
«Такого пенья в жисть я не слыхала!»
Осёл в ответ послушно закивал,
И тут обрушился апплодисментов шквал.
Так стал Удод в лесу лауреатом
(Лишь Соловей послал его тихонько матом).

Мораль: чтоб гением в глазах невежды стать,
«Оригинальностью» лишь нужно обладать!